Так прокомментировал достижение коллег американский невролог Аллан Роппер (Allan Ropper). Он говорит о только что опубликованной статье в New England Journal of Medicine. В ней группа исследователей опрокидывает привычные представления о том, по каким критериям можно определять наличие или отсутствие осведомлённости у пациента, внешне не проявляющего совершенно никаких признаков сознания.

Эта работа является сенсационным развитием давнего исследования, начатого неврологом Эдрианом Оуэном (Adrian Owen) из Кембриджа и рядом его коллег из Великобритании и Бельгии.

	Уже несколько лет назад Оуэн со товарищи подняли вопросы о корректности текущих методов определения наличия или отсутствия "самого пациента в его черепной коробке", о пересмотре шансов таких людей вернуться в сознательное состояние (что косвенно подкреплялось и удивительными историями выхода из длительной комы, к примеру этими – 1 и 2) (фото University of Cambridge).

В 2006 году при помощи магниторезонансного сканирования они показали, что "растительная" пациентка отвечает на голосовые команды изменением деятельности мозга и даже демонстрирует "мысленный теннис", оставаясь тем не менее в коме (мы подробно рассказывали об этом опыте).

Теперь международная группа исследователей пошла ещё дальше. Она проверила 54 пациентов, каждому из которых ранее был поставлен диагноз либо "состояние минимального сознания" (minimally conscious state), либо "вегетативное состояние" (vegetative state).

Им было предложено представить себе, что они играют в теннис (задача на двигательную активность), либо мысленно пройтись по улицам города или комнатам их дома (задача на пространственную ориентацию).

У здоровых людей каждая из этих задач активизирует характерную часть мозга, позволяя только по сканированию определить, какую из двух ситуаций воображает себе человек. Тест также говорил о наличии когнитивных способностей: больной должен понимать команды, помнить о них во время испытания и проводить желаемую визуализацию.

До эксперимента врачи не могли установить какой-либо вид связи с этим человеком (некоторые больные способны хотя бы мигать), так что выходит – пациент понимает обращённые к нему слова, но не может произвести никакого видимого ответа. И только сканер мозга позволяет вскрыть истинное положение вещей. На рисунке – сравнение выполнения различных типов команд пациентом в коме (A, C) и здоровым человеком (B, D). Справа – графики мозговой активности (время в секундах, отмечены зоны выполнения задачи и расслабления) (фото Martin M. Monti et al./New England Journal of Medicine).

Оказалось, 5 из 54 пациентов, предположительно находящихся в вегетативном состоянии, смогли намеренно контролировать деятельность своего мозга. Получалось, что случай 2006 года — не единичное исключение.

Но ещё больше неврологи удивились, когда смогли при помощи такого теста наладить двустороннее общение с одним из этих пятерых пациентов — 22-летним мужчиной, пять лет назад попавшим в автомобильную аварию. Ему было предложено представлять себе игру в теннис, если ответ на вопрос — "да", и собственный дом, если ответ — "нет".

Важно, что правильные ответы на вопросы из прошлого пациента (для чистоты опыта) не знали и сами экспериментаторы — верность ответов позже была подтверждена матерью подопытного.

Всего вопросов было шесть, и человек ответил на пять из них (все правильно). На шестой никакого ответа не последовало (не было видно ни мозговой деятельности "теннис", ни "дом"). Учёные могли только гадать — пациент заснул, потерял сознание либо просто решил не отвечать.

Пример ответов на вопросы у пациента в коме (слева) и здорового человека (контроль, справа), прошедшего аналогичную процедуру для сравнения. Вверху ответы "да", внизу – "нет" (фото Martin M. Monti et al./New England Journal of Medicine).

"Я убеждён, что мы должны адаптировать наши стандарты заботы о пациентах и наши этические и правовые нормы с учётом этой новой технологии", — заявил один из авторов эксперимента Стивен Лаурейс (Steven Laureys) из университета Льежа. Авторы опыта поясняют, что некоторые из таких больных, вероятно, в состоянии участвовать в принятии решений относительно их медицинского обслуживания.

В недавнем тесте учёные не спрашивали пациента, к примеру, испытывает ли он боль: все вопросы были подобраны так, чтобы ответы можно было потом подтвердить. "Прежде чем решать важные вопросы, такие как боль, лечение, конец жизни и так далее, есть много вещей, которые мы должны обсудить в медицинском сообществе", — добавляет Стивен.

Ещё один соавтор исследования, Мартин Монти (Martin Monti) из Кембриджа, предостерегает также от поспешных выводов в отношении "запертых" в своей черепной коробке несчастных "растительных людей": "Даже если они могут ответить "да" или "нет" на один простой вопрос, мы не знаем, достаточно ли у них когнитивных способностей, чтобы реагировать на более сложные вопросы".

Интересно, однако, что все пятеро пострадавших, мысленно игравших в теннис по просьбам экспериментаторов, получили повреждения мозга в результате травмы головы, а не лишения кислорода, что привело специалистов к выводу — именно у таких пациентов больше вероятность выздоровления.

Кстати, с остальными четырьмя подавшими признаки сознания пациентами "игру" в ответы и вопросы не затевали только потому, что магниторезонансное сканирование – сложная и дорогостоящая процедура. Быть может, в дальнейшем появится возможность налаживать канал связи с такими пациентами при помощи менее дорогой и сложной техники. А это уже означает рост надежды для многих больных.

Кстати, только прошлой осенью другая группа учёных показала, что хотя бы некоторые пациенты в коме способны на примитивный уровень обучения, то есть в ответ на раздражители в их мозге включаются определённые ассоциативные цепи, причём внешне кажется, что перед нами "люди-растения".

Такая "тренировка" связей в мозге означает и потенциальную возможность последующего восстановления, рассуждают медики. Разговор же с 22-летним пострадавшим в аварии лишь укрепляет учёных в мысли, что с вегетативным состоянием не всё так просто, как казалось ранее.