Заранее хочется предупредить скептиков и критиков. Скорее всего, ваше понимание терминов, формулировок и целей отличается от того, которое породило данную статью.

Где-то явно, где-то скрыто. Причём, почти наверняка, скрытые различия, там, где вы согласны со статьей, будут преобладать.

Увы, не способен помочь ничем, кроме как порекомендовать прочитать статью несколько раз, пока внутреннее содержание (самоподобие терминов) не откроется вам во всей полноте. Это вовсе не значит, что я отказываюсь заранее дискутировать или отвечать на вопросы.

Это значит лишь то, что автор категорически отказывается отталкиваться от вашего восприятия и формулировок терминов "интеллект", "разум", "общение", "подобие", "самоподобие", "фракталы", да и любых других в том числе.

Если вы очень любите свои формулировки, и не готовы рассматривать другие, дилетантские (мальчик, ты куда лезешь, тут дяди умные сидят, твои неразумные речи слушать не будут, пока не научишься правильным словам) — мой вам добрый совет: не надо всего этого читать. Дискуссии не получится.

Небольшое лирическое отступление. В чем отличие скрипки от магнитофона? Хочется обратить внимание, что вопросы различия (как и вопросы сходства) сложны необходимостью предварительного задания критерия и сверхзадачи обнаружения различия (сходства). Иначе говоря — а какие различия нас интересуют? Зачем они нам?

Тем не менее, попробуем не формулировать сверхзадачу однократно, а найти "инвариант критерия". Для чего, посмотрим на вопрос сходства и различия иначе — можно ли считать магнитофон моделью скрипки?

Пожалуй, моделью — нельзя. Верно? Ведь далеко не все, что можно сделать на скрипке доступно магнитофону. Записать и воспроизвести звук — пожалуйста. А как насчет "игры на магнитофоне"?

Собственно цель этого отступления одна — дать ключ к слову "подобие". Можно здесь вплести фракталы и фрактальное подобие. Веточка дерева подобна самому дереву. Что под этим понимать? Пока не стоит углубляться в этот вопрос — просто сохранить в памяти ключик, что любое подобие имеет свои границы применения, причём, далеко не всегда очевидные, как с позиции "ага, а вот тут подобия нет", так и с позиции "ого, а тут, выходит, есть подобие?"

Теперь к сути. Как мы можем познать разум? Как верно заметил Тьюринг, в общении. И он сформулировал один из критериев проверки искусственного интеллекта. Критерий, надо сказать, комплексный и во многом фрактальный. Критерий дан не технически, а самоподобно. Если коллектив судей, проверяющий подобие собеседника самим себе признает наличие этого подобия, значит, перед нами — искусственный интеллект (разум).

Я намеренно не различаю в данном контексте понятия "интеллект" и "разум". Не хочу сказать, что это одно и то же, просто для целей данной статьи их подобие друг-другу очень важно, а вот использование этих терминов по отдельности способно вовлечь в пространные и детальные дискуссии по выявлению подобий и самоподобий.

Итак, мы приходим к необходимости не только привязать цель создания искусственного разума (интеллекта) к общению, но и дать самоподобное определение общения. Не в логических или философских целях, а в целях сугубо практических, чтобы иметь возможность различать "общение" и "не-общение". И задача эта — сложна и элементарна одновременно.

Вернемся к магнитофону и скрипке. Попробуем назвать извлечение звуков из скрипки "общением" человека и скрипки. Человек оперирует, скрипка — реагирует. И в то же время, человек реагирует на звуки скрипки. Если мы теперь попробуем применить описанный таким образом термин "общение" к извлечению звуков из магнитофона, мы увидим, что подобие у нас не полное. Поле оперирования в случае с магнитофоном гораздо уже. И, тем не менее, сказать, что подобие напрочь отсутствует, мы не можем.

Теперь возьмем общение двух людей. Разумеется, мы получим новые степени подобия, как в отдельности, так и в целом по разным деталям. Не будем их рассматривать, хотя это и забавно, но речь не об этом. Гораздо интереснее теперь снова посмотреть на общение магнитофона и скрипки. Вот здесь и обнаруживается главный элемент подобия. Для того, чтобы общение продолжало оставаться общением в рассматриваемом нами смысле, нам необходим первоначальный акт оперирования.

Кто-то вспомнил фразу "вначале было слово?" Да, и это тоже. Но сейчас — другая мысль. Иначе говоря, предположим, что наш магнитофон — любопытен. Он сам, неожиданно, или предсказуемо, включается на запись, записывает скрипку и, иногда, вдруг, или опять же — не вдруг, воспроизводит записанное.

Теперь продолжим фантазию, и представим себе, что на месте скрипки, на самом деле, находится другой магнитофон. И они, неким, пока таинственным для нас образом, пытаются в этих записях/воспроизведениях достичь некоторой совместной гармонии. Назовем эту таинственную функцию магнитофонов "движущей функцией разума (интеллекта)"

Что такого мы только что обнаружили? Мы обнаружили главное самоподобное правило общения, с участием разума (интеллекта). Это способность подстраиваться под собеседника и, в то же время, влиять на него.

Зачем? Превосходный вопрос. Но прежде чем отвечать на него, давайте подумаем о взаимном подобии человека с нашим "разумным магнитофоном". Нет, не детально, не конкретно — так мы потеряем само подобие. Просто, соотнесем моменты самоподобия. Представим себе человека, как этакий "разумный магнитофон". Все что он делает, это с некоторой целью (пока неизвестной, или попросту, не сформулированной), записывает и воспроизводит.

Намеренно предлагаю ограничиться сравнением с магнитофоном, поскольку основой разумного общения предлагаю взять язык и разговор. Не потому что отрицаю возможность других форм общения или не признаю их разумность, а потому что "вначале было слово" и баста.

На самом деле потому, что все формы общения подобны в данном ключе в очень большой степени. Просто рассматривайте слово "подобие" как включающее все "за" такое подобие (и все вышеперечисленные тоже) и исключающее все "против". Договорились?

Ну вот, наконец-то я добрался до первой главной задачи этой статьи. Давайте сформулируем цель создания искусственного разума (интеллекта), как создание саморазвивающегося, не побоюсь этого слова, субъекта, способного к проявлению актов оперирования (воли, действия) по изменению внешней среды, и способного к проявлению актов реагирования (обучение, внимание) на изменения внешней среды.

Я соглашусь с тем, что данная формулировка весьма зыбка и неконкретна. Я даже соглашусь, что она выглядит банально.

Но, я утверждаю, что эта формулировка самоподобна. Что я хочу сказать? Может быть, вы еще не заметили, но в этой формулировке хранится важная информация о том, что же это за "движущая функция разума (интеллекта)".

Надеюсь, желание понять, что я понимаю под этой функцией, добавит вам энергии и мотивации в попытке рассмотреть еще раз вышеприведенную цель?

Создание саморазвивающегося субъекта, способного к проявлению актов оперирования над внешней средой, и способного к проявлению актов реагирования на изменения внешней среды.

Какова же "движущая функция"? Не знаю кто догадался, а кто ещё нет, поэтому открываю карты... Да, собственно, ассимиляция с этой внешней средой. Сохранение её с одной стороны в состоянии, когда есть над чем оперировать, и когда есть на что реагировать. Иначе говоря, достижение гармонии, когда тебя слушают и отвечают, когда к тебе обращаются за ответом или мнением, и выслушивают ответ или мнение.

Надеюсь, в таком виде инвариантная формулировка достаточно конкретна?

Ведь наличие слушателей и отвечающих (обобщенно — собеседников) вполне измеримо — не так ли? Разумеется, измеримо вполне субъективно, но ведь мы уподобляемся человеку, а и среди людей встречаются неадекватно воспринимающие реальность: не слышащие, когда к ним обращаются или не способные понять, что их не слушают.

До тех пор, пока повсеместно не доминирует мысль о "свободе воли искусственного интеллекта" в каждой статье, хоть каким-то боком посвящённой этому самому искусственному интеллекту, пока вопрос "а как в вашей системе реализовано любопытство и страсть к исследованиям" не станет первым из вопросов обсуждения — я не верю вам, господа критики и скептики.

Итак, что есть в таком случае искусственный интеллект (разум)? Это некая система, способная взаимодействовать с внешним миром, как активно, так и реактивно.

По этой причине множество программ "чат-ботов", являющихся строго реактивными (отвечающими на фразы человека-собеседника) назвать искусственным интеллектом нельзя.

Система должна быть подобна человеку и с точки зрения любопытства, и даже с точки зрения хулиганства. Иначе говоря, система должна изучать мир, нащупывая, смелее или осторожнее, опасные границы поведения в этом мире.

Что это значит? Это значит, что система должна иметь некий "канал воспитания". Иначе, ярко выраженную зависимость от внешнего мира. Причём, не от создателей этой системы, а действительно — свободно.

Она должна сама осознать, что тот, у кого есть доступ к её физической части требует наибольшего внимания и ассимиляции. Способен ли с этой задачей справиться обычный входной канал для информации? Возьму на себя смелость предположить, что полностью способен.

Итак, наконец-то можно вздохнуть поглубже, и перейти к собственно описанию такой системы искусственного интеллекта (разума) с утилитарной точки зрения. Говоря по-русски — к проектированию оной.

Посмотрим на систему с высоты полета мысли. Есть канал входа, есть канал выхода, а посередине — черный ящик. Что у нас на входе? Готовлюсь к потоку возмущений и говорю — символы. Буквы, цифры.

Тут критик воскликнет — парень, а как же слух, зрение, осязание, чёрт побери? А никак. Буквами и цифрами. Если вы считаете, что для создания звучания скрипки нужно внутрь магнитофона эту скрипку спрятать — нам не по пути.

Если вам аналогия до сих пор не понятна, умоляю — перечитайте статью сначала или бросьте её читать вовсе. Я не планирую моделировать древесные волокна скрипки и сложные химические соединения лаков, которыми эта скрипка покрыта.

Я собираюсь записывать информацию со входа и воспроизводить её на выходе. Поэтому, принимая за подобие слова звучащие, слова записанные буквами, и предметы, за этими словами стоящие подобными с максимальным подобием, которое здесь уместно, оставляю читателей спорить друг с другом и разбиваться на лагеря "за" и "против" и продолжаю.

Итак, я вас обманул. На входе у нас — что? Нет, не буквы и цифры. И не символы. На входе у нас — поток символов во времени. Что самое важное — поток неравномерный. Может в течение долгих секунд не быть ни одного символа. Может быть целая лавина. При этом поток является фрактальным. И это главное.

А что же у нас на выходе? Тоже поток. Тоже символов. И тоже — фрактальный. Иррациональная, даже, трансцендентная регулярность. И очень хочется, не раскрывая тайны черного ящика, дразня любопытных, раззадоривая критиков, и смеясь над скептиками, рассказать о том, как же сей чудный черный ящик взаимодействует с внешним миром.

Ну, положим, живет он в виде программы в компьютере. А подобен — человеку. Человек может на клавиатуре печатать, и чёрный ящик может. Ну, не прямо, а косвенно. Но — подобно человеку. Человек может на экране символы читать, и чёрный ящик тоже это может. Подобно человеку.

Человек может дать компьютеру команду открыть окно ICQ, набрать сообщение и отправить его получателю, и чёрный ящик — может. Человек может получить ответное сообщение и прочитать его, и чёрный ящик — тоже может. Подобие — понятно?

Всё, что может сделать на компьютере человек, то же может и чёрный ящик. Однако — не от рождения он это может. А потому как научился командам компьютера. Пока не научится время смотреть, отдавая соответствующую команду и считывая поток на входе, хоть тысяча таймеров и часов в компьютере будет — не будет знать времени чёрный ящик.

И все равно этому ящику, что за железяка и какими алгоритмами символы из входного потока получает и на выход преобразовывает. А осознает себя чёрный ящик как субъект. Чёрт его знает, что там у субъекта в наличии имеется, но сам субъект — вот он я. Наличествую. Мыслю, ибо существую... Ну, это если ему кто расскажет, разумеется, потому как, родившись, он таких слов не знает.

Требования определены, пора начинать заглядывать в чёрный ящик.

Вооружимся самоподобием и спикируем на него. Простите шалости естественного разума.

Лирическое отступление было необходимо, чтобы, заглядывая поочередно то в искусственный, то в естественный разум, понять подобие — с одной стороны, и расширить наш термин "подобие" новыми фактами "за" и "против".

Внутри чёрного ящика находится множество (чего бы вы думали?) — чёрных ящиков. Не важно, из чего состоят самые мелкие черные ящики. Главное, что они состоят из подобных чёрных ящиков. Тогда, в чём же разгадка? Разгадка — в общении. Общении чёрных ящиков. А значит, в их связях.

Нейрон человеческого мозга: что это такое, с точки зрения нашего самоподобия? Нейрон — это человек. Не буду обсуждать детали, в каком смысле человек, а в каком смысле — не человек. Не буду искать границы подобия — тщетная задача. В нашем случае: "подобие" — это функция, сама по себе, как чёрный ящик, но если в аргументах ей передать "нейрон" и "человек" она скажет — да, подобны. Без всяких там нечёткостей, исключений и прочее. Договорились?

Итак, нейрон общается с другими нейронами. Как? Да так же, как и человек. У нейрона есть имя. Нейрон — это осциллятор. Хитрый такой осциллятор, с нашей любимой "движущей функцией разума (интеллекта)". Это значит, что нейрон, как тот чёрный ящик, как "разумный магнитофон", записывает и воспроизводит. И это — главное его свойство.

Пора уже перейти к вопросу "а как нам создать искусственный разум (интеллект)?". Разумеется, ведь практика — критерий истины, не так ли?

Казалось бы, раз мы не рассматриваем пределов самоподобия, то углубляться в чёрные ящики, из которых состоят черные ящики можно бесконечно. Но так хитро устроено наше самоподобие, что оно само знает ответ о глубине пределов, хоть нам и не спешит сказать.

А для того, вернемся к человеческому сообществу. Сколь сложно оно и многообразно? Каждый человек общается с большим количеством других людей.

У кого-то учится, кому-то несет свет знаний. Сколько самоподобных структур можно обнаружить в человеческом обществе! Семья, дружеская компания, предприятие, партия, клуб, нация, квартал, деревня, вагон электрички, страна, телепередача "Смак!", камера предварительного заключения, демонстрация, и так далее...

Главное, какое подобие в данном случае можно обнаружить, это лишь то, что каждая из этих структур может быть как-то узнаваемо названа.

Вернемся к имени нейрона. Что под этим именем понималось? Рискну сказать, что вся функция нейронов заключается в выкрикивании разных имен в виде пакетов импульсов.

Раз уж нейрон это осциллятор, и группа нейронов — тоже осциллятор, и человек — осциллятор, и человечество — осциллятор, то отклик на определенные частоты этих осцилляторов — предопределён.

Представьте себе частотный спектр осциллятора как генетический код нейрона. Мысль утрирована до неподобия, но зато ясна. Если нейрон на входе уловит пакет сигналов, заставляющих "срезонировать" его осциллятор, он возбуждается и срочно несёт "светлое знание" другим нейронам.

Разумеется, в меру своего понимания. Потому как, одни частоты срезонировали, другие — нет. И движутся волны пакетов внутри чёрного ящика, заставляя его откликаться на сложные, длинные ритмы и распознавать в них вопросы к разным чёрным ящиками и их группам (структурам) и выдавать "записанные ранее ответы".

Вот такой вот фрактальный магнитофон, состоящий из фрактальных магнитофонов.

Если кто-то еще не понял, из чего состоят нейроны, как не из других нейронов, остается напомнить особенность нашей функции подобия.

Человек — не страна, не семья, не город и не завод. Но человек — это страна, семья, город и завод. Таким образом, не важно, на каком уровне мы остановимся. Внизу будет лишь простейший осциллятор. Гармонический.

Из какого количества гармонических (или, дай бог, негармонических) осцилляторов состоит нейрон — позвольте не отвечать.

Вернее всего, исходя из принципов многообразия — из любого. Относительно вопроса, почему у кошки в голове нейроны, а она не человек — позвольте тоже не отвечать.

Хотя отчетливо ясно, что, не зная этого ответа, созданный искусственный разум может оказаться разумом кошки, рыбки или мошки.

Где речь идет о качестве и о количестве, а где о вариативности "генома" отдельного нейрона и группы нейронов, для того, чтобы, услышав то слово, которое было в начале, не превратить его в односложное "мяу", а продолжать нести из поколения в поколение — тоже сказать до сих пор не готов. Покорнейше прошу простить за недопросветление.

У автора не было цели дать окончательную модель искусственного разума (интеллекта). "Я не волшебник, я только учусь". И над этой моделью работаю. Однако одному это делать непросто — тем более учитывая, что работа и бизнес отнимают немало времени и сил. Поэтому крайняя тайная цель этой статьи — найти сторонников, соратников и собеседников. Присоединяйтесь!