В 1897 году 30-летний инженер из Айовы по имени Таддеус Кэхилл (Thaddeus Cahill) получил патент за номером 580 035 на "Принцип и устройство для произведения и распространения музыки с помощью электричества" (Art and Apparatus for Generating and Distributing Music Electronically).

На этот патент можно взглянуть, перейдя по этой ссылке (только имейте в виду, что текстовой версии этого патентного свидетельства в Сети нет, и для просмотра вам понадобится установленный в систему QuickTime и браузер Internet Explorer).

Впрочем, с момента выдачи патентного свидетельства прошло ещё девять лет, прежде чем законченная версия описанного устройства увидела свет. Вернее, наоборот, свет увидел — и услышал — его. Агрегат этот получил название "Динамофон", или "Телармониум" (Telharmonium).

Упрощённо, Телармониум представлял собой набор из 145 специальных электрогенераторов, вырабатывавших переменный электрический ток различных частот, и сложной системы всевозможных переключателей и индукторов.

Одна из иллюстраций к патентной заявке Кэхилла.

Всё это контролировалось несколькими (тремя, если быть точными) немного изменёнными органными клавиатурами, причём клавиатуры были динамическими, то есть отвечали на силу нажатия! Диапазон частот у Телармониума раскинулся от 40 до 4000 Гц.

Ламповых и каких-либо других усилителей сигнала в то время ещё не придумали: это случилось ещё только двадцать лет спустя.

Звук выводился сначала через исполинских размеров трубы вроде граммофонных, а впоследствии сигнал подавался напрямую в телефонные линии.

При этом, чтобы послушать Телармониум, требовалось надевать на телефон специальный рожок.

Телармониум подавал по целому амперу на каждый телефонный аппарат. Этого было более чем достаточно для того, чтобы, при наличии рожка, слышать всё, не поднося трубку к уху.

Кончилось это, кстати, весьма печально: телефонная компания подала в суд за повреждение телефонных линий. Но об этом позже.

Играть на Телармониуме приходилось в четыре руки: основному исполнителю требовался ещё и помощник. Однако, судя по различным фотографиям, ассистент тоже играл, хотя бы одной рукой, а не только переключал различные кнопки да поворачивал ручки.

На Телармониуме исполняли "уважаемую" в ту пору музыку: Баха, Шопена, Грига, Россини и других классиков.

	Внутреннее "убранство" Телармониума.

В своей статье в журнале "Звукорежиссёр" Лев Орлов писал, что после "коммерческого дебюта" Телармониума в Массачусетсе, пресса отмечала "полноту, округлость и чистоту звучания", и что некоторые репортёры заявили, что Кахилл "предвосхищает развитие музыкальной индустрии".

И оказались в чём-то правы.

При этом, почему-то особое внимание уделялось тому, что музыку можно транслировать по телефону.

Надо сказать, что во время той первой публичной демонстрации, исполнители физически находились в двух километрах от гостиницы, в которой собрались благодарная публика и пресса.

В общем, успех. Но это был успех локальный, а Кэхиллу, который к тому времени уже успел поднабраться честолюбия, хотелось большего.

И тогда при всём, как говорится, честном народе, двухсоттонный Телармониум разобрали, погрузили в тридцать (!) железнодорожных вагонов, и повезли из Массачусетса в славный город Нью-Йорк за славой.

Поход удался. В Нью-Йорке для этого инструмента построили целый "Телармонический зал".

Первый концерт прошёл с бешеным успехом, несмотря на провальное качество звучания. Виной тому было низкое качество электрических кабелей, да и, по некоторым сведениям, частые ошибки исполнителей.

Таддеус Кэхилл. За этой благообразной внешностью скрывался недюжинный ум.

Оказалось, что Телармониум был способен даже имитировать некоторые акустические инструменты, вроде флейт и барабанов, что тоже способствовало восторженному приёму изобретения Кэхилла.

В 1911 году Кэхилл построил свой третий (и последний, как оказалось) Телармониум. Он был ещё больше и ещё дороже двух своих предшественников, поскольку было произведено немало технических усовершенствований.

Но к тому времени за Кэхиллом уже стояла "Новоанглийская электромузыкальная компания" (New England Electric Music Company).

Вместе с ней изобретатель собирался развернуть бурную коммерческую деятельность.

Предполагалось, что через телефонные линии музыку Телармониума можно будет слушать в каждой гостинице и даже в собственных домах.

Увы, вскоре выяснилось, что мощность Телармониума оказалась слишком велика для тогдашних телефонных линий, а кроме того, во время его работы по всей сети шли помехи!

Существует легенда, по которой один бизнесмен, разъярённый тем, что Телармониум мешает ему делать деньги, вломился в здание, где находился агрегат, и разнёс его вдребезги. Но это, судя по всему, не более, чем слухи.

В любом случае, предприятие провалилось. Необычная клавиатура инструмента требовала привычки, и музыкантам это не шибко понравилось.

Кроме того, исполнители говорили, что, несмотря на всё разнообразие тембров, у Телармониума была масса совершенно посторонних призвуков, которые постепенно начинали действовать на нервы, причём совершенно невыносимым образом.

	Рисунок, изображающий Кэхилла за клавиатурой своего исполинского инструмента.

Опять же, телефонные компании были в бешенстве от перебоев, которые вызывал Телармониум.

Ну и, наконец, по сведениям Орлова, люди, которые должны были привлекать новых инвесторов, благополучно скрылись со всеми деньгами.

Телармониум умолк навсегда в 1916 году. Спустя восемнадцать лет его изобретатель умер в нищете и одиночестве.

И, к сожалению, ни одной записи звучания Телармониума так никогда и не было сделано. Хотя звукозаписывающие приборы в то время уже существовали.

Зато сохранились основные принципы, придуманные Кэхиллом.

Продолжение следует.