Музыка и электричество. Часть третья: Как орган Хаммонда остался органом

«Хаммонд» 1950 года выпуска. За 12 лет до того органу Хаммонда пришлось доказывать, что он орган, а не Бог знает что.

Патент на орган Хаммонда выдали с рекордной скоростью: прошло всего лишь три месяца. Инструмент появился в несчастливые времена, но, видимо, под счастливой звездой. Его слава до сих пор не померкла, хотя «классические» органы Хаммонда больше не выпускаются. Или всё не так просто?

В предыдущей статье рассказывалось о событиях, предшествовавших появлению на свет органа Хаммонда.

Стоит отметить, что Лоренс Хаммонд (или Хэммонд), — личность выдающаяся, значимость некоторых сделанных им открытий и изобретений ставит его в один ряд с Эдисоном. Именно ему, например, принадлежит идея трёхмерного кинематографа — и первая реализация её.

И всё же, почему-то сложилось так, что имя Хаммонда вспоминают только в связи с его музыкальным инструментом...

Итак, как уже рассказывалось, патент Хаммонд получил, причём получил чрезвычайно быстро, всего за три месяца. Кстати, на это патентное свидетельство можно взглянуть здесь, при условии наличия в вашей системе QuickTime. Как и полагается, в системе представлен полноценный чертёж всех частей органа.

Слава же пришла гораздо раньше, чем Хаммонд думал. Пришла она в виде двух ошарашенных инженеров компании Ford Motor, которых на днях вызвал к себе сам Генри Форд и, размахивая руками, велел им немедленно построить (!) ему электроорган «такой вот высоты, такой вот ширины и вот такой вот длины».

Из чувства самосохранения инженеры двинулись в Патентное Бюро и, к немалому облегчению, обнаружили там патент, выданный Хаммонду. Описание электрооргана идеально отвечало запросам грозного босса.

Это потом выяснилось, что Форд и не собирался заставлять своих инженеров строить ему электроорган, он собирался купить его у Хаммонда, но не хотел этого афишировать, опасаясь, что Хаммонд смекнёт, что работа нужна к спеху и, как у Гоголя написано, заломит ровно вшестеро.

Генри Форд не любил, когда ему что-то пытались продать подороже.

В общем, озадаченные Фордом инженеры заявились в компанию Хаммонда, намекнули, что распоряжения мистера Форда выполняются по единому движению его брови, в противном случае можно попасть на большие неприятности, и спросили, нельзя ли им купить орган прямо сейчас?

В планы Хаммонда это вообще-то не входило. Орган собирались представлять только 15 апреля 1934 года на Выставке Промышленных Искусств (Industrial Arts Exposition), а на дворе стоял февраль.

О чём несчастным инженерам и было сообщено. Через несколько дней мистер Форд прислал персональное предложение привезти ему орган «когда тот будет готов».

В общем, Хаммонд сотоварищи не стали дожидаться выставки, и в самом начале апреля орган Хаммонда модели А отправился к Форду.

Посмотрев и послушав, Форд заявил, что через двадцать лет такой инструмент должен стоять в каждом доме. Но не купил. Вместо этого привезших его людей отправили обедать...

И только после этого Форд спросил насчёт цены. Услышав цифру $1250 он немедленно купил шесть органов и распрощался с людьми Хаммонда.

Так совершилась первая сделка, связанная с органом Хаммонда. Считается, что именно Хаммонд и его люди придумали принцип максимальной открытости и «шумливости» компании (осознали, так сказать, необходимость постоянной рекламной и PR-деятельности).

Однако же подготовить «мышеловку» для Форда они не успели, он, как говорится, сам пришёл.

Надо сказать, что, по некоторым сведениям, Форд пригласил Хаммонда в гости (большая честь, однако же), и предложил ему денег и инженеров. Хаммонд вежливо отказался, и, видимо отклонил совет Форда держать цену на очень низком уровне и стараться не делать больше $20 долларов с каждого органа.

В первый же год компании Хаммонда удалось продать 1400 органов. В основном они целились по церквям и всяческим учреждениям, но среди покупателей было и множество частных лиц.

В частности, Джордж Гершвин, по слухам, купил орган, едва увидев и услышав его. Приобрёл инструмент и президент Рузвельт, выведший страну из Великой Депрессии. Символично, не правда ли?

Инструмент был дорог, но, тем не менее, быстро обрёл бешеную популярность. Доходы компании в 1936 и 1937 годах исчислялись сотнями тысяч, а тогдашние сотни тысяч долларов — это, в общем и целом, нынешние миллионы.

И это далеко не всем понравилось. Этими «не всеми» оказались производители обычных, духовых органов. Более лёгкие и в десятки и сотни раз более дешёвые «Хаммонды» перебежали им дорогу и перебежали сильно.

Допустим, всё в том же 1936 году компания Хаммонда заработала $228 393, — в основном, на торговле с церквями. А один духовой орган стоил от $75 до $250 тысяч.

И производители духовых органов не нашли ничего лучше, как... подать жалобу в Федеральную торговую комиссию с требованием лишить Хаммонда права называть свою продукцию органами!

Аргументы? «Указанный инструмент не в состоянии производить весь диапазон музыкальных оттенков» и «весь диапазон гармоник, который наличествует у духового органа».

Это, в общем-то, было правдой. Или, по крайней мере, очень походило на неё — просто потому, что степень детерминированности звучания у электронного инструмента неизбежно выше, чем у инструмента «живого».

Однако для чиновников Торговой комиссии это не было слишком уж очевидным фактом. И потому был назначен поединок между духовым органом и творением Хаммонда. Своего рода, суд Божий.

В часовню университета Чикаго, где был установлен орган Скиннера (Skinner Pipe) стоимостью $75 тысяч, привезли орган Хаммонда. Его тон-кабинеты (собственно, то, через что выводился звук, некое подобие динамиков), были спрятаны среди труб духового органа, клавиатуры обоих органов скрыты за ширмами.

Орган Хаммонда модели B3 с кабинетами Leslie по бокам (фото с сайта organhouse.com).

Почтенное жюри, собравшееся для того, чтобы решить, можно ли называть орган Хаммонда органом, не могло увидеть, на чём играют в данный момент.

Жюри состояло из двух групп. В первую входили обычные студенты, во вторую — именитые музыканты (в том числе, органисты) и дирижёры.

Им сыграли более тридцать различных пьес, причём каждый раз члены жюри должны были помечать на бумажке, на чём, по их мнению, играют в данный момент.

Студенты угадывали, в среднем, лишь в половине случаев. Иначе говоря, они именно угадывали, а не определяли источник звука.

У музыкантов дела обстояли немногим лучше. Кое-кто из них попадал девять раз из десяти, а кто-то — лишь один раз из десяти.

В общем, почувствовать разницу толком не сумел никто.

Компания Хаммонда, почуяв, что дела обстоят не так уж и плохо, начала давить на Федеральную торговую комиссию, дескать, сами послушайте и решите.

На это почтенный председатель комиссии Гарланд Фергасон (Garland S. Ferguson) резонно отвечал, что ФТК, дескать, представляет собой судебный орган, а не компанию музыкальных критиков.

В конце концов, 12 июля 1938 года Федеральная торговая комиссия постановила, что орган Хаммонда имеет полное право называться органом.

Но в то же самое время, чиновники предписали компании Хаммонда отказаться от утверждения, что электронный орган может выдавать бесконечное количество звуков и указывать точную цифру: 253 миллиона...

Орган Хаммонда сейчас стал легендой. Практически каждая уважающая себя рок-группа минувшего XX века считала своим долгом иметь в арсенале орган Хаммонда, несмотря на то, что количество электронных инструментов во второй половине столетия стало расти стремительными темпами.

Джон Лорд (John Lord) из Deep Purple использовал «Хаммонд» на всю катушку. Достаточно вспомнить их Child in Time.

На «Хаммонде» же, очевидно, играется легендарная песня Whiter Shade of Pale группы Procol Harum. Их, кстати, продюсировал покойный Джордж Харрисон.

«Битлы» тоже не остались в стороне: «Хаммонд» звучит на альбомах Rubber Soul, The Beatles’68, Abbey Road и Get Back.

Малоизвестная команда со странным названием и немузыкальным басистом — Pink Floyd — тоже вовсю использовала «Хаммонд». Скажем, композиция Echoes (финальная композиция на альбоме Meddle), начинается со странного «капающего» звука.

Это звучит орган Хаммонда с громкоговорителями Leslie, позволявшими создавать ещё и дополнительные эффекты.

Suzuki Hammond XB-5. Похож, но это только воспроизводитель сэмплов старых «Хаммондов», способный заодно имитировать звучание громкоговорителей Leslie (фото с сайта theatreorgans.com).

Существует леганда, будто Дон Лесли (Don Leslie), создатель вышеупомянутых громкоговорителей, начинал как подчинённый Хаммонда.

Однако это не вполне верно. Дело в том, что когда в 1936 году в некоторых частях Лос-Анджелеса начался переход с 50-герцевого электрического тока на 60-герцевый, многим органам пришлось заменить тон-генераторы, в противном случае они начинали звучать гораздо выше.

Именно этим Дон Лесли некоторое время и занимался. Вообще-то ему хотелось попасть на постоянную работу к Хаммонду, однако вместо него взяли кого-то из друзей.

Через какое-то время Лесли начал делать громкоговорители для «Хаммондов» с различными интересными особенностями, вроде вращающихся динамиков. То же самое пытались делать и инженеры самого Хаммонда, но впоследствии стандартом де-факто стала всё-таки продукция Дона Лесли.

Самое странное, что между компаниями Хаммонда и Лесли возникла стойкая корпоративная вражда.

Сами Хаммонд и Лесли не были ни врагами, ни друзьями, но на людях подчинённые Хаммонда регулярно вытирали ноги о продукцию Лесли, даром, что большинство из них втихую использовали у себя дома громкоговорители Leslie Tone Cabinets.

В это большинство, говорят, входил и сам Хаммонд.

Самое смешное, Дон Лесли никогда особо не рекламировал свои изделия, они обрели популярность лишь благодаря своему качеству.

До 1949 года они даже назывались все по-разному. Изначально они назывались Leslie Vibratone.

Потом Brittain Speakers — по имени партнёра Лесли Лу Бриттэна (Lou Brittain). Их совместное предприятие развалилось сразу после Войны.

Потом, когда громкоговорители начали собирать возле Голливуда, их стали называть Hollywood Speakers.

Потом органист Джесси Кроуфорд (Jesse Crawford) стал заниматься распространением громкоговорителей в Нью-Йорке, и вот — громкоговорители получают гордое имя Crawford Speakers.

Наконец, в 1946 году их снова стали называть «Вибратонами», в то время, как весь честной народ уже давно называл их Leslies.

В 1949 году вся путаница закончилась: Лесли сдался, и имя Vibratone исчезло навсегда, осталось только Leslie.

«Война» между ним и компанией Хаммонда закончилась в 1980 году, после смерти Лоренса Хаммонда. Причём закончилась очень простым образом: Hammond Company попросту купила производство Leslie Speakers.

Увы, производство органов Хаммонда прекратилось в 1976 году.

Но инструмент отнюдь не умер. На Западе вроде бы многие фирмы до сих пор занимаются ремонтом этих инструментов, даже, говорят, продают для них запчасти.

Энтузиасты готовы собственноручно собирать эти органы (благо в патентном свидетельстве вся схемотехника изложена достаточно подробно).

«Синтезатор» Casio с подсветкой клавиш. Может изображать орган Хаммонда, но лучше бы этого не делала.

Ну а потом, в стандартный 128-тембральный набор MIDI обязательно входит орган Хаммонда, и любая «самоиграйка», по мере убогих возможностей своего тон-генератора, тужится воспроизводить его звук.

Со звуком настоящего Хаммонда эти «игрушки» имеют мало общего.

Интереснее другие эксперименты: в своё время автомобильная корпорация Suzuki решила приобрести марку Hammond. И выпустила серию инструментов под названием ХВ. К сожалению, это лишь цифровые муляжи.

Утешает одно. В последнее время, вопреки совершенствованию цифровых технологий, наблюдается рост популярности аналоговых синтезаторов. В частности, недавно снова начался выпуск легендарного синтезатора Moog, о котором мы расскажем в одной из следующих статей.

Может быть, и настоящие Хаммонды начнут снова выпускать?

Продолжение следует.



Музыка и электричество. Часть вторая: Лоренс Хаммонд

24 октября 2002

Музыка и электричество. Часть первая: Телармониум

23 октября 2002

Англичане устраивают инфразвуковой концерт

25 сентября 2002

Оцифрованные пчёлы играют фри-джаз

7 мая 2002

SIM-phone-ya для оркестра из 30 мобильных телефонов

22 апреля 2002