Участники этого предприятия не раз употребляли словосочетание «новая эра». Конечно, уже завтра обычные самолёты никто не поспешит переделывать на солнечную тягу, но первые эксперименты показывают, что современные технологии постепенно меняют правила игры. Отныне, чтобы совершать дальние путешествия на самолёте, человеку не обязательно сжигать горючее.
Стартовавший вчера утром уникальный швейцарский самолёт Solar Impulse HB-SIA сегодня, 8 июля 2010 года, вошёл в историю авиации. Пилот Андрэ Боршберг (André Borschberg) мягко посадил рекордный аппарат в 11 утра по московскому времени после более 26 часов, проведённых в воздухе на энергии солнечного света.
Это далеко не первый и даже не второй в мире пилотируемый самолёт на солнечных батареях, а также не первый солнечный «лайнер», продержавшийся в небе ночь. Однако пока одному лишь «Импульсу» удалось совместить в себе и то и другое одновременно. Только беспилотные аппараты на солнечных ячейках и аккумуляторах летали более суток кряду, а пилотируемые машины с «фотоэлектрическими крыльями» до сих пор не могли оставаться в воздухе без света (технические данные HB-SIA можно найти в этом материале).
Рекордный полёт проходил над окрестностями озера Невшатель. Фактически «Импульс» нарезал множество кругов над одними и теми же городками и деревушками. Как мы говорили сразу после старта, главный вопрос — сможет ли аппарат за день накопить достаточно электричества, чтобы его хватило на работу от заката до рассвета.
Как свидетельствует телеметрия, передаваемая с борта, в течение предшествующего дня выходная мощность солнечных батарей несколько раз достигала уровня в 100% и в течение нескольких часов держалась на уровне не ниже 75%.
Неудивительно, что уже во второй половине дня аккумуляторы солнечного самолёта были заполнены «под пробку» — это позволило пилоту уверенно смотреть в глаза надвигающейся ночи.
Вечером Андрэ набрал высоту более 8,5 километра. Температура за бортом порой падала почти до минус 30 градусов по Цельсию, так что пилот в негерметичной кабине «Импульса» испытывал приличный холод и вынужден был включить обогреватель, пожертвовав толикой запасённой энергии.
Единственная небольшая проблема по ходу миссии была связана с кислородом: перед наступлением ночи оказалось, что Андрэ использовал несколько больше «воздуха» из своей маски, чем намечалось. То было следствием нескольких интервью, данных Боршбергом прямо по ходу полёта благодаря двухсторонней связи и маленькой камере, установленной в кабине. Инженеры на земле шутливо посоветовали разговорившемуся Андрэ «заткнуться и лететь».
Сам же летательный аппарат работал отлично. Многочисленные графики показаний датчиков, передаваемые в наземный «центр управления полётом» (это было несколько комнат с компьютерами, миниатюрное подобие того, что мы привыкли видеть в космической отрасли), выглядели именно так, как рассчитывали инженеры и даже лучше.
Запас всех параметров солнечной птахи позволил ей продержаться ночь без особого напряжения, более того — с огромным запасом. Заправленные на 100% перед заходом солнца литиевые аккумуляторы «Импульса» к первым лучикам восходящего светила не были опустошены даже наполовину.
И пусть в первую часть ночи Андрэ терял набранную вечером высоту чуть-чуть быстрее, чем ожидалось, вмешательство метеоролога Бруно Найнингера (Bruno Neininger), подсказавшего Андрэ картину воздушных течений, позволило пилоту найти восходящий поток и компенсировать недостачу.
Единственно, что кроме сильного холода в кабине огорчало Андрэ, — отсутствие любимой музыки. Пока электрика и электроника «Импульса» работала как швейцарские часы, аккумулятор в «айподе» Боршберга от мороза сдался. Должно быть, в следующей машине команды, которая получит имя Solar Impulse HB-SIB, будет теплее и пилоту, и плееру.
