Корпорация Microsoft сделала громкое заявление. Настолько громкое, что весь IT-мир вздрогнул и обернулся в сторону Рэдмонда. И пока там с самым невинным видом говорят про интеллектуальную собственность и законопослушность, в среде поклонников Linux возникает некоторое напряжение.
Всё дело в том, что Microsoft оказалась втянутой, а точнее, сама — и весьма охотно — вмешалась в посторонний конфликт — во всеуслышанье поддержав претензии одной из сторон.
Это конфликт между компанией SCO Group и IBM, связанный с якобы незаконным использованием разработок, права на которые принадлежат SCO, для усовершенствования ОС Linux.
А как Microsoft относится к Linux, все прекрасно знают, поэтому совершенно неудивительно, что по всему IT-сообществу ползут разговоры, что это очередной этап войны Microsoft и Linux. Суть в том, что Microsoft открыто признала претензии SCO на UNIX и заявила о лицензировании у SCO ряда UNIX-технологий — тех самых, которые якобы использованы в Linux.
Для того, чтобы понять, что к чему, давайте разберёмся, во-первых, кто такая эта компания SCO Group, откуда она взялась, почему её вообще всерьёз воспринимают и с какой стати она закатывает IBM истерику на сумму в один миллиард долларов.
История, собственно следующая.
SCO образовалась в 1979 году и изначально занималась разработками и консалтингом в области семейства операционных систем UNIX. В частности, они портировали UNIX на системы с процессорами Intel в 1983 году. Получилась система XENIX.
AT&T занялась сугубо коммерческими разработками UNIX в 1984 году, а в 1992 году было образовано совместное с Novell предприятие Unix Systems Laboratories (USL). Кроме того, торговая марка UNIX перешла во владение компании X/Open (позднее названная The Open Group). Эта компания занимается стандартизацией UNIX-систем.
В 1993 году Novell полностью выкупила долю AT&T в USL. А ещё через год несколько бывших сотрудников этой компании, при активной поддержке её главы, создали фирму Caldera Systems International. Caldera занималась поставками своего дистрибутива Linux для бизнеса.
В 1995 году Novell продала старые исходники UNIX SCO.
С 1998 года SCO, IBM и Intel начали работу над проектом Monterey по созданию версии UNIX для процессоров Intel Itanium.
А в 2001 год SCO распалась. Бренд, а также некоторые разработки, в частности OpenServer и исходники UNIX были выкуплены Caldera, и с 2002 года эта компания действовала под именем SCO.
Перед этим успев отметиться в альянсе UnitedLinux и с его помощью выпустить дистрибутив SCO Linux 4.
Вся генеалогия UNIX-систем представлена вот на этой схеме.
А в 2003 году SCO Group внезапно сдаёт в сторону от Linux. Мало того, начинает говорить о его незаконности.
Оказывается-де, IBM, которая в какой-то момент начала активно способствовать продвижению и усовершенствованию операционной системы Linux, незаконно использовала некоторые программные решения, права на которые принадлежат SCO. Незаконность состояла в том, что эти коммерческие разработки оказались внедрёнными в открытую операционную систему.
Раскрытие коммерческих секретов — дело, конечно, подсудное. Но сразу же возникает целый ряд интересных вопросов.
Во-первых, где вы были раньше, господа SCO, и почему столь активно занимались «незаконным» Linux, а когда у вас, вследствие неумелого руководства, и акции подешевели совсем, и деньги кончились, отбросили Linux и бросились с кулачками на IBM?
Во-вторых, какие у них на то основания и вообще, справедливы ли их претензии и заявки?
Как минимум, не все, и не всегда. На сайте Opensource.org, спустя некоторое время после того, как SCO подала иск против IBM, был произведён детальный разбор полётов, где оценка заявления SCO и ей самой даётся отнюдь не самая позитивная. Оно и понятно, поскольку «линуксоиды» этим иском и нападками недавнего сторонника очень оскорблены.
Opensource.org приводит ряд выдержек из иска SCO. В нём, в частности, говорится, что только SCO занималась портированием UNIX на Intel-платформы (что неправда); что без IBM Linux был бы ничем и звать никак, поскольку никто из свободных программистов не обладал нужным оборудованием для разработок и тестирования (что тоже сомнительно), и ещё много чего, от преувеличения собственного статуса и влияния до откровенной лжи.
Целиком с этим документом можно ознакомиться здесь, мы же приведём из него одну очень важную для понимания всей проблемы цитату.
"Иск SCO невозможно понять, если не иметь в виду те «сейсмические смещения», которые происходят в настоящее время в программной отрасли. Источник этих смещений — приблизительно двоекратное увеличение мощностей компьютерного оборудования, происходящие каждые восемнадцать месяцев — эта тенденция наблюдается с середины 1970-х (её также называют законом Гордона Мура — прим. редакции).
Это означает, что сложность программного обеспечения, предназначенного для эксплуатации всех возможностей новейшего оборудования также удваивается каждые 18 месяцев, повышая сложность разработок до немыслимого прежде уровня.
В середине 1990-х годов в отрасли начали понимать, что традиционная модель разработок программного обеспечения себя постепенно исчерпывает: из-за неё, по мере усложнения программной продукции, становится всё труднее выпускать программы с низким количеством дефектов.
Велось множество разговоров о «программном кризисе» и попытки решить эти проблемы путём всяческих усовершенствований традиционного процесса.
Таковые попытки состояли преимущественно из повышения формальности, ужесточения условий, введения централизации и статистического мониторинга в процесс разработки программного обеспечения.
Подобные меры промышленного контроля приводили к весьма отрадным результатам в XX веке. Однако разработка софта — это не сборка автомобилей... Аналогии с контролем над промышленным процессом оказались в корне порочными, и все подобные попытки провалились, лишь подняв стоимость программного обеспечения без повышения его надёжности.
Помощь пришла с неожиданной стороны — от разношёрстного сообщества программистов и инженеров, занимавшихся разработками в области Интернета и систем UNIX. С 1960-х годов они отрабатывали новый стиль создания программного обеспечения, опровергавший исходные предпосылки «промышленного» подхода к процессу написания программ.
Вместо централизации и крупных программистских коллективов — отдельные небольшие группы программистов. Вместо контроля над процессом и иерархии — рецензирование на равных и открытые стандарты. А самое важное, такой «Интернет-стиль» отказался от секретности в пользу прозрачности и того, что потом назвали «открытыми исходниками».
Ранними примерами подобных разработок стали Berkeley Unix (1977), проект GNU (1983) и X Consortium (1983). Все три проекта процветали в рамках сообщества UNIX. Когда в 1991 году Линус Торвальдс выпустил Linux, он действовал в рамках уже давно и прочно укрепившейся традиции.
Больше того, в 1997 году, к вящему изумлению всех заинтересованных, стало очевидно, что это было ответом (или хотя бы частичным ответом) на потребности программной отрасли. Степень дефективности и стоимость открытых разработок оказалась значительно ниже, чем у коммерческого программного обеспечения. Наиболее опытные программисты переключились на новый режим. Взрывной успех Linux и участие со стороны IBM — всё это последствия динамизма развития открытых разработок.
Мы не просто так использовали термин «сейсмические смещения». Как и в случае с прошлыми технологическими революциями, один из возможных эффектов нынешней стало то, что экономист Йозеф Шумпетер (Joseph Schumpeter) назвал «творческим разрушением». Происходит разрушение бизнес-модели многих компаний, в основе которой лежит прежняя модель «закрытых» разработок программного обеспечения.
Эволюция сегодняшней программной отрасли озадачивает многих, поскольку она следует в направлении, прямо противоположном прежним технологическим революциям. Раньше рационализация выпуска какой-либо продукции была связана с отходом от децентрализованной ремесленнической работы к фабричной системе, формирующейся вокруг концентрированного капитала.
На сей раз происходит отход как раз от фабричной системы к новой форме ремесленничества и индивидуальности, ставших возможными благодаря дешёвым персональным компьютерам и Интернету. Отсюда — Linux.
Этот процесс вызывает панику у компаний вроде SCO и Microsoft, которые рискуют потерять всё, если им не удастся адаптироваться. Но с объективной точки зрения происходящее не должно вызывать никакой тревоги.
На самом деле происходит следующее: корпоративная бесхозяйственность вытесняется из области разработок ПО, поскольку рынок стремится к равновесию и пытается достичь его более эффективными способами.
Иск SCO — это только малая часть того осадка, который выпадает вследствие происходящего процесса. Неизбежно последуют новые сотрясения и стенания, и зубовный скрежет, и размахивания судебными постановлениями, и их будет ещё много, прежде чем весь этот процесс разрешится..."
Вот с таких позиций оценивают ситуацию сторонники открытого программного обеспечения. Нельзя сказать, чтобы их точка зрения была столь уж объективной.
Например, результаты сопоставления надёжности открытого программного обеспечения и коммерческих разработок в настоящее время не столь уж и однозначны. Да и с оперативностью выпуска новых программ у открытых разработчиков не всё в порядке.
Она напрямую зависит от степени энтузиазма и количества задействованных людей, как и у коммерсантов.
Проблема в том, что коммерческие разработчики вроде Microsoft заставляют своих программистов работать с нечеловеческой скоростью, чтобы сохранять отрыв от конкурентов и следовать законам рынка. А это негативно сказывается на качестве конечной продукции.
Но вернёмся к SCO и вмешательству Microsoft. Зачем оно было нужно?
Всё, с одной стороны, очень запутанно, а с другой — очень просто, по крайней мере, в теории.
SCO Group со всеми её патентами пребывает в агонии — отказавшись от Linux, которым активно занималась Caldera, SCO Group подписала себя в могилу.
Чтобы хоть что-то спасти, руководство компании стремится продать её. Хотя бы как-нибудь, хотя бы кому-нибудь. В качестве наиболее желаемого богатого жениха оказывается IBM, для чего и стряпается на скорую руку судебная претензия — а точнее, обвинение в разбазаривании коммерческих тайн.
Помимо иска выдвигается «предложение, от которого невозможно отказаться»: срок — до 13 июня. Либо IBM покупает SCO Group, либо получает в лоб миллиардным иском.
Это PR-бой без правил, но SCO просто хочется выжить хоть в каком-нибудь виде. Посему все средства хороши.
Вмешательство Microsoft в этот конфликт смешивает, впрочем, все карты. По мнению наблюдателей, Microsoft тысячу раз не нужны все эти патенты, и у неё достаточно денег, чтобы, как лист бумаги, смять и выбросить в мусорную корзину SCO Group со всеми её претензиями. Вопрос совершенно в другом.
Получив у SCO лицензии на эти патенты (а не выкупив их, заметим!), Microsoft оказывает фирме двоякую поддержку — и денежную, и моральную. Естественно, лишь для того, чтобы сделать SCO инструмент в борьбе с Linux. Подобный расклад SCO, вероятно, может устраивать ещё больше, нежели продажа IBM. Когда за спиной стоит мамонт-Microsoft, лаять на слона-IBM оказывается очень даже с руки.
Что будет дальше? Очевидно, судилища. Много судилищ. «Неизбежно последуют новые сотрясения и стенания, и зубовный скрежет, и размахивания судебными постановлениями...» — совершенно справедливо.
Самое неприятное, что, если ничего радикального не будет принято в самое ближайшее время, и никто не найдёт способа заткнуть рот SCO Group — проглотив её или выкупив все спорные патенты, — начнётся судебная эпопея.
И она может оказаться столь продолжительной, что превзойдёт десятилетнее преследование Microsoft, как опера Вагнера — детский утренник. Опыт затягивания судебных решений у адвокатов Microsoft имеется огромный, и, думается, они охотно поделятся им с юристами нового протеже своей компании.
А пока суд да дело, Linux будет в «юридически-сомнительном» положении. Чем это грозит, в общем, понятно. И пускай текущая бизнес-модель Microsoft действительно обречена, и будущее за открытыми исходниками, пока у этой компании достаточно сил, чтобы попортить «будущим хозяевам будущего» немало крови. А SCO с её патентами предоставляет для этого ещё и неплохие средства.
Есть, впрочем, и немного иная версия.
Никто сейчас не вспомнил о том, что по отрасли уже несколько лет гуляют настойчивые слухи о том, что Microsoft может каким-то образом задействовать UNIX-разработки в своей собственной продукции. И это будет не только пакет, обеспечивающий взаимодействие Windows-систем с UNIX-системами, и не порт .NET-сервисов на UNIX (тем паче, что и .NET, кажется, уже готовы списать).
Ходили слухи о том, что следующая версия Windows может быть основана на какой-то из вариаций UNIX (вплоть до Linux, хотя это уже полная дичь).
В пользу этого говорит только теория — пока, по крайней мере.
Если ситуация меняется (а она явно меняется, и именно тем самым образом, про который говорится в обзоре на Opensource.org), Microsoft и прочим коммерсантам придётся адаптироваться к новому климату, иначе судьба мамонтов её ждёт неизбежно.
Как она это будет делать — не очень пока понятно. Но путь через UNIX представляется не самым невероятным. В конце концов, Apple, после долгих лет разработок собственной операционной системы, выдала народу Mac OS X, которая, по сути, является вариацией UNIX.
Посему лицензирование спорных патентов SCO может оказаться не только и даже не столько демонстрацией всецелой поддержки претензий умирающей компании, сколько попыткой подстелить юридической соломки прежде, чем подступаться к UNIX совсем уже вплотную (а не только на уровне .NET-сервисов для UNIX и пакета, обеспечивающего взаимодействие с Windows).
А теперь ещё один фунт изюму: какие патенты Microsoft лицензировала у SCO? Именно те UNIX-патенты, которые связаны с Linux?
Причём во всеуслышание заявила, что делает это, дабы «всё было по закону о правах на интеллектуальную собственность».
Тогда внимание, ещё один вопрос: в Microsoft экспериментируют с программным обеспечением под Linux?
Если да, то речь, видимо, не идёт о попытках что-то портировать на Linux — легче нанять стороннюю компанию, которая перепортирует всё что угодно и в любом направлении. А что в самой Microsoft происходит?
Увы, это было бы более похоже на правду, если бы Microsoft не лицензировала, а выкупила бы эти патенты. А так более вероятен, всё-таки, первый вариант — то есть борьбы с Linux.
Ведь, в этом случае, Microsoft выгодно оставаться в полутени, а если бы патенты были выкуплены, то получилось бы, что Microsoft сама вступает в бой. Лучше сделать это руками SCO Group. Если получится.
Продолжение следует.
