История нескольких недоразумений, или битва Гарольда Энслинджера с джазом

Джазовые исполнители — худшие представители рода человеческого, считал Энслинджер.

Мистер Гарольд Энслинджер, глава американского Федерального бюро по наркотикам (ФБН), в одном из интервью как-то сказал: «Хуже всех тогда [в 1930-е и 1940-е годы] были джазисты. Не скажу, сколько из них употребляли марихуану, но однозначно больше половины».

Когда честолюбивому и даже тщеславному человеку кажется, что он видит перед собой относительно простой и надёжный способ добиться влияния и власти, он бросается в бой и остановить его чрезвычайно трудно, если возможно вообще.

Увидев перед собой цель, такой человек уже не терзается никакими сомнениями, его не слишком интересует, насколько правильны его поступки и суждения, и насколько они могут противоречить общечеловеческим понятиям о том, что хорошо и что плохо.

Мистер Энслинджер, по всей очевидности, был именно таким тщеславным человеком, поставившим себе цель. В прошлой статье мы уже писали о его главных аргументах в борьбе с «высоким пахучим растением» и его производными: марихуана является самым сильным возбудителем агрессии из всех известных наркотиков, а если и не является, и даже наоборот расслабляет, то тем более с ней надо бороться, ибо она непременно станет оружием в руках коммунистов.

В конце концов, облечённый властью, имеющий в своём распоряжении массу агентов по борьбе с самым главным злом, Гарольд Энслинджер, судя по всему, задумал провернуть нечто поистине масштабное.

Впоследствии журналисты задавались естественным вопросом, был ли Энслинджер столь же свиреп в отношении других наркотиков, например, кокаина? Сподвижники Энслинджера утверждают, что да.

Как бы там ни было, а масштабная операция, которую замыслил Гарри Энслинджер, заключалась в том, чтобы избавить Америку от джазовых музыкантов.

«Мы устроим грандиозную операцию!»

С конца тридцатых годов Энслинджер усердно занимался сбором компромата на джазистов, которые «дерзко нарушали законодательство», употребляя «траву». Среди этих «врагов» встречаются такие имена, как Луи Армстронг (в 1930 году загремевший в тюрьму за марихуану), Каунт Бейзи, Джимми Дорси, Дюк Эллингтон, Лайонел Хэмптон, Кэб Кэллоуэй — и это только некоторые имена из пухлых папок с грифом «досье», над которыми полтора десятка лет колдовал Энслинджер, умышляя, предвкушая и вожделея.

Пик его активности пришёлся на период между 1943 и 1948 годом, то есть как раз на военное и первое послевоенное время. Как явствует из архивов, именно в это время Энслинджер планировал устроить тотальный «джазовый погром».

В конце октября 1947 года Энслинджер разослал всем своим агентам письмо, в котором говорилось следующее:

«Пожалуйста, подготовьте все дела, касающиеся музыкантов, нарушающих законы против марихуаны. В один прекрасный день мы арестуем их всех разом. Дату я сообщу позже».

Но не всё было так просто. На Энслинджера посыпались донесения от агентов Федерального бюро по наркотикам, которые докладывали о проблемах или вообще невозможности выполнить этот приказ. В частности, в Голливуде, как явствует из письма одного такого агента, джазисты оказались настолько сплочёнными, что подпустить к ним информаторов не удалось.

В течение следующих полутора лет Энслинджер получил немало таких писем от своих подчинённых, но, как и всякий маньяк, очевидного видеть не желал.

«Уважаемый агент 00X», — писал он своим людям, — «Я рад, что вы не жалеете сил, стремясь выполнить мои указания от 24 октября 1947 года. Но мы обязательно проведём массовые аресты музыкантов, нарушающих закон против марихуаны, по всей стране и в один день. Не беспокойтесь, дату я сообщу».

Да, некоторые джазовые и свинговые музыканты в конце сороковых годов подвергались арестам, однако никаких арестов «всех сразу и за один день» так и не случилось.

Для Энслинджера всё кончилось куда прозаичнее. В 1948 году его вызвали в Сенат. И он заявил, что ему нужно больше агентов. Сенаторы, естественно, спросили, зачем?

«Потому что остаются люди, нарушающие закон против марихуаны», — ответил Энслинджер.

«Кто?», — спросили сенаторы.

«Музыканты», — не моргнув ответил Энслинджер. И ладно бы он сказал только это, но ведь он тотчас же выпалил ещё большую глупость — «Я не имею в виду хороших музыкантов. Я говорю про этих… джазистов!»

Эндрю Мэллон, министр финансов США.

Что тут началось! Естественно, эти слова немедленно попали в прессу. В течение следующих суток 76 газет, и особенно, процветавшие в то время джазовые издания, вытирали о главу ФБН ноги, показывали пальцем, глумились, издевались и громили.

Но это ещё не всё. Всем было хорошо известно, что своим назначением Энслинджер обязан Эндрю Мэллону, министру финансов США между 1921-м и 1931-м годами, своему довольно близкому родственнику. Мэллон скончался в 1937 году. Тем не менее, именно в это министерство за три дня поступило 15 тысяч писем, часть из которых тамошние чиновники даже и не подумали вскрывать. Самое типичное звучало следующим образом:

«Уважаемый директор Энслинджер.

Я приветствую ваши усилия, направленные на избавление Америки от бича наркотической зависимости. Однако если вы столь же плохо информированы в этой области, как и в музыкальной сфере, вам никогда не добиться успеха».

Скорее всего, немало было и более резких и глумливых писем. Как бы там ни было, эти заливистые «бругага!» подействовали тогдашнему министру финансов на нервы. Спустя пять дней Энслинджер стоял на ковре в кабинете министра. Вероятно, ему пришлось узнать о себе немало нового. Во всяком случае, больше он никогда не заикался о массовых арестах джазистов, и уж тем более всех в один день.

Однако проблема осталась. Впоследствии ситуация складывалась так, что сторонники легализации конопли слышали голоса поддержки, в прямом смысле, из Белого Дома, а в это время всякие местные полицейские чины продолжали твердить, что конопля и, скажем, героин — «одного поля ягоды» и ратовали за то, чтобы сажать на электрический стул не только наркодельцов, но и наркоманов.

Противоборство между сторонниками и противниками легализации марихуаны сейчас продолжается практически во всём мире. Где-то одолевают одни, где-то другие.

Краткое общее состояние дел и основные аргументы сторон мы постараемся показать в следующей статье.



«А снится нам трава у дома», или История нескольких недоразумений

21 августа 2002

Новое устройство засвечивает прыщи насмерть

20 августа 2002

Создана новая вакцина против СПИДа

20 августа 2002

Для испытаний искусственного глаза нужны слепые добровольцы

20 августа 2002

Мёд и орехи спасают от болезней сердца

20 августа 2002